Йога, какой ее довольно часто можно увидеть в современных фильмах, — разновидность физкультуры в фитнес-залах. Или экзотические перформансы с этническими мотивами и колоритными гуру. Таковы распространенные представления о йоге в наши дни. Однако в короткометражном фильме Уэса Андерсона, релиз которого состоялся недавно, можно увидеть то, как понимали в Европе йогу еще не так давно, менее века назад. Это экранизация новеллы Роальда Дала «Замечательная история Генри Шугара».
Своими впечатлениями о фильме поделился в телеграмм-канале «Записки на полях древних текстов» Андрей Сафронов:
Экранизируемый рассказ написан чуть меньше ста лет назад, при этом мы видим неплохую осведомленность и о йогический практиках (тратака, дхарана) и о психотехнических целях йоги (экаграта). Неудивительно, ведь основные тексты были переведены с санскрита на английский еще в 19 веке и образованная публика могла с ними познакомиться. Не удивляет также отсутствие упоминаний про асаны или пранаямы — постуральная йога еще только формировалась. Но несколько отличий во взгляде на йогу, который был в период написания рассказа и сейчас, очень просматриваются.
1. Настрой на длительность и интенсивность практики. Главный герой достиг минутной концентрации, кажется, через 3 года. А в конце практиковал по 12 часов в день. Сейчас на такое никто не пошел бы даже с надеждой получить все сиддхи мира. Для большинства современных практиков йога воспринимается скорее как релакс, пикантное дополнение к обычной жизни, а успехи должны быть естественными. Что, конечно, ерунда. Практики йоги — это именно упражнения, которые трансформируют при «длительности и непрерывности практики» (Йога Сутра).
2. Отсутствие нью-эйджерской чепухи. Никаких благовоний (тем более травы), чаш, особых ковриков. Все просто и аскетично — по-йоговски.
3. Настрой на непубличность практики. Наш герой не поделился тем, что он что-то практикует, ни с кем. Селфи в Инстаграм с первого же занятия не было… Возможно, по причине отсутствия Инстаграма или по причине аристократического происхождения героя. Но скорее, по причине понимания, что подлинная практика непублична.
4. И герой и предшественник обрели некие сиддхи и использовали их по-разному. Но никто из них не попытался осуществить интеллектуальное осмысление природы полученного. И это еще одно отличие от современного взгляда на йогу, которая (в высших проявлениях) все больше онаучнивается.
Андрей Сафронов, «Записки на полях древних текстов»
